EUR 90.5821 
От Черного моря до полярного круга
— Я благодарен маме и папе, что поддержали меня в выборе профессии, — говорит капитан 3-го ранга запаса, зампредседателя Новосибирского морского собрания Дмитрий Шмелёв. — Я читал художественную литературу, с удовольствием смотрел фильмы о моряках. Привлекала возможность путешествовать в другие страны. Кстати, географию я хорошо знал и по другим предметам в средней школе № 143 успевал. Около года ходил в бассейн «Нептун».
— Словом, готовили себя к службе на флоте...
— Да, хотя знал, что она нелегкая, но отступать от задуманного не стал. После окончания школы в 1980 году в военкомате мне предложили два училища: Севастопольское и Тихоокеанское. Подумал, в Севастополе уже был, Чёрное море видел не раз. И отправился во Владивосток. Оказывается, вместе со мной приехали поступать в Тихоокеанское высшее военно-морского училище имени Степана Макарова и мои земляки. Быстро познакомились, помогали друг другу.
— Мечта мечтой, а как переносили нагрузки?
— Первая морская практика была на тяжелом авианесущем крейсере «Минск». Сейчас такие все практически распилили, в Китай продали. Они бы еще могли походить, запас прочности был. Посчитали, что не нужны подобные боевые единицы нашему флоту.
В училище мы в дальние походы ходили на боевых кораблях, крейсерах, а также на учебном корабле «Бородино». Я хорошо переносил все трудности, не укачивало. Правда, когда я уже служил на флоте, был у нас офицер, он, отдав пять лет флоту, не мог избавиться от морской болезни. Тем не менее нес службу вахтенного офицера на мостике. Дежурный «обрез» (то есть ведро по-сухопутному) у него всегда стоял, на всякий случай (смеется). Это неизлечимо, тренироваться, конечно, можно.
Со временем тот вахтенный офицер перешел на береговую службу.
Наш минно-торпедный факультет считался командным. Многие выпускники в дальнейшем становились командирами кораблей и соединений. Так как училище я окончил с отличием, у меня было право выбора места дальнейшей службы.
— И какой же флот вас привлек?
— В восьмидесятых годах престижно было попасть на Северный. Во-первых, близко до Ленинграда и Москвы, во-вторых, в то время это был передовой флот. Служба идет год за два, двойные оклады. Но, увы, распределения по нашей специальности на Северный флот не было. И тогда я выбрал Черноморский, подумав, какая разница, где служить, лишь бы Родину защищать.
На Черноморский флот прибыл с семьей (сыну было три месяца). Меня оставили в Севастополе.
Служил я в 30-й дивизии противолодочных кораблей, на сторожевом корабле «Беззаветный». В этом году соединение отмечает сорок лет. Возможно, что туда поеду. Я был командиром стартовой батареи. В моем заведовании были торпедные аппараты, противолодочные ракеты. Наш корабль нес службу в Черном и Средиземном морях.
Напомню, что во времена СССР, начиная с 1967 года, в Средиземном море постоянно несла дежурство 5-я эскадра ВМФ СССР, обеспечивая паритет сил с 6-м флотом США в этом регионе.
5-я эскадра ВМФ была оперативным соединением, в состав которого поступали корабельные соединения, одиночные корабли и суда, прибывающие с других флотов на боевую службу в Средиземное море. Однако вскоре после развала Советского Союза, в 1992 году, эскадра была выведена из Средиземноморья.
— Дмитрий Николаевич, а в каких странах вы побывали?
— Ходили с дружескими визитами и в Турцию, и в Югославию. (Интересно то, что в Турцию (активный участник НАТО) в 1987 году наши военные корабли зашли впервые (после войны) за долгие годы противостояния. Было все напряженно. Коммунистическая идеология была у них запрещена, поэтому нам строго-настрого было запрещено чем-либо с символикой Ленина и так далее (значки, монеты) с турками обмениваться. Почему-то и денег нам нисколько не обменяли. Так что ходили по Стамбулу, облизывались, но все равно было интересно.
Тогда мы себя ощущали первопроходцами, посланниками доброй воли. А прошло совсем немного лет, и Турция для многих россиян стала как дом родной.
Было два учебных похода — в 1987 и 1989 годах — с болгарскими кораблями, проводили с ними совместные учения.
А в Африке в декабре 1987 года мы стояли целый месяц. Корабли 5-й эскадры продолжали демонстрировать поддержку Ливии. Мы охраняли порт Тобрук от налёта американской авиации. У Ливии были напряженные отношения со многими своими соседями.
31 декабря было принято решение выйти в Средиземное море встречать Новый год. В канун Нового года нам из Советского Союза обязательно привозили хвойное дерево, как правило, это была сосна.
— А почему отмечали Новый год в море, а не на берегу?
— Была такая государственная политика. С одной стороны, нужно было повысить боевую готовность во время праздников. С другой стороны, на берегу моряки могли лишнее выпить, нарушить дисциплину. Мы, кстати, и не сильно горевали. Под Новый год — обязательное купание посменно в море всего экипажа, а это более 120 человек. Вода за бортом плюс 23 — 25 градусов. Натягивали японскую сеть от носа до кормы, чтобы акулы не подплывали близко.
Встречали Новый год на камбузе с любимым личным составом и в кают-компании с офицерами. Самого симпатичного матроса переодевали в Снегурочку. И Дед Мороз был.
Затем — концертная программа. Все офицеры лепили пельмени, тогда не было полуфабрикатов.
— На корабле у вас одни мужики: разные характеры, привычки и вкусы. Изо дня в день — одни и те же лица. Конфликты были?..
— Что-то не припомню... Флот — это такой вид Вооруженных сил, на котором наиболее сохранились церемонии и традиции. Правила поведения в кают-компании, взаимоотношения между офицерами и матросами. Поэтому в психологическом плане было комфортно.
В моем подчинении была стартовая группа, отделения торпедистов и минеров. Решали все вопросы.
— Что еще запомнилось?
— Когда мы вернулись с боевой службы в 1988 году, наш корабль участвовал в вытеснении из территориальных вод у берегов Крыма американского крейсера «Йорктаун». Тогда об этом писали все средства массовой информации. Это был своего рода ответный жест.
Если помните, в мае 1987 года на Красной площади приземлился самолет Руста. Это был позор для Вооруженных сил СССР. Тогда многие получили взыскания, а министр обороны был снят. А наш командир за таран американского крейсера орден Красной Звезды получил.
— Как вы снова оказались в Новосибирске?
— По семейным обстоятельствам... Узнал, что здесь существует военно-морской арсенал. Мне предложили должность заместителя начальника цеха. Обещали дать жилье. И я принял решение о переводе с Черноморского флота в Новосибирск. Хотя многие сослуживцы, друзья крутили пальцами у виска. Вроде как добровольно себя сослать в Сибирь с Чёрного моря. Меня многие не понимали.
— Чем занимаются на «Арсенале» — секрет?
— Нет... У нас даже американцы были. На нашей базе шла утилизация баллистических ракет. «Арсенал» выполнял много и других различных задач.
Мы были заявлены на всех картах у американцев. Они могли в любое время к нам приехать с комиссией.
— Сбылась ваша давняя мечта, недавно вы возглавили делегацию сибиряков, которая ездила на Северный флот...
— Рад, что это произошло. Теперь я побывал на всех флотах России. Городу Полярному в августе исполняется 110 лет. Это один из первых городов Заполярья, в котором образовывался Северный флот.
Для меня это была знаковая поездка. Во-первых, хотелось подробнее рассказать о Новосибирском морском собрании, познакомиться с экипажем лодки «Новосибирск» и передать традиционные подарки от администрации области. Нашей делегации был оказан теплый прием. Сейчас смотрим фотографии, видеокадры и вспоминаем Северный флот.
АКТУАЛЬНО
