USD 63.1697 EUR 70.3395

«Требуется мужской голос…»

Анжелина ДЕРЯБИНА
Фото из архива ИД «Советская Сибирь»
Фото из архива ИД «Советская Сибирь»

Бывший диктор новосибирского радио Владимир Сапрыгин рассказал «Советской Сибири», почему не надо извиняться в эфире и как он общался с Левитаном

В 80–90-е годы прошлого века Владимира Сапрыгина, диктора комитета по радиовещанию и телевидению, без преувеличения, знала вся Новоси­бирская область.

Его голос почти двадцать лет звучал в «Последних известиях», радиожурнале «Творчество», популярном концерте по заявкам радиослушателей «Для вас» и на первомайских демонстрациях, а на место его работы на Вертковской, 10, приходили письма, в которых женщины объяснялись ему в любви.

Самое удивительное, что на радио обладатель красивого, теплого голоса пришел… с кирпичного завода. Он не был ни актером, ни певцом, ни журналистом. Правда, Владимир Сапрыгин никогда не был чужд искусству: в детстве играл в школьном театре, а повзрослев, стал завсегдатаем симфонических концертов и театральных спектаклей. Пришел он на радио, когда увидел объявление о конкурсе радиоведущих на замещение вакансии для «мужского голоса», а до этого момента два года постигал секреты мастерства в школе диктора высшей категории Георгия Николаевича Лебедева, решившего передать свой опыт перед выходом на пенсию.

От кирпичей до микрофона
— Конкурс был большой — 22 человека, среди которых оказались четыре действующих актера и три телевизионных диктора из небольших городов, — вспоминает Владимир Петрович. — Приемная комиссия состояла из 29 человек, в том числе были представители газеты «Советская Сибирь» и «Вечерний Новосибирск», а также обкома, облисполкома, горкома, отделов культуры. Мы читали короткий текст, наши голоса записывали на магнитную ленту. В результате нескольких туров жюри оставило меня одного, и 5 июня 1980 года я стал диктором новосибирского радио.

014-13-02.jpg

С коллегами. Фото предоставлено Владимиром САПРЫГИНЫМ

Прямые эфиры у Владимира Петровича начались сразу же. Пятнадцатиминутные «Последние известия», которые читали Сапрыгин с коллегой, выходили ежедневно в шесть часов вечера.

— Однажды, еще в начале моей жизни в эфире, я ошибся и… извинился. После передачи моя партнерша — профессиональнейший диктор Таскира Хасановна Богданова, испепеляя меня взглядом, сказала: «Никогда не извиняйся в эфире! Ошибся, исправился и пошел дальше!» Я навсегда запомнил эти слова, — говорит Владимир Сапрыгин.

Читал «Советскую Сибирь» первым
Были и утренние выпуски новостей. Начинались они с крат­кого обзора свежего номера главной газеты Новосибирской области.

— Накануне вечером нам на радио приносили номер «Советской Сибири», который выйдет только завтра, — рассказывает Владимир Петрович. — Я обязательно просматривал его, обращая пристальное внимание на иностранные фамилии, которые должны прозвучать в утреннем эфире. Тогда не было Интернета, негде было справиться об ударении в некоторых особо сложных фамилиях. Но я уже сделал вывод, что во французских фамилиях ударение всегда на последнем слоге, в американских, как правило, на первом, в польских — на втором. Но чтобы быть уверенным, что все делаю правильно, обязательно слушал московские «Последние известия», где нередко сообщалось об иностранных делегациях, прибывающих в Новосибирск. Это помогало не ударить лицом в грязь.

014-13-01.jpg

Строительство Дома радио в середине 1960-х годов. Фото с сайта nsk-kraeved.ru

Правильные ударения, высокая культура речи — для дикторов радио и телевидения прошлого это была основа основ. В 60–70-е годы дикторская группа новосибирского радио считалась лучшей в стране среди региональных комитетов, к традициям дикторского искусства здесь относились очень щепетильно. Последователь и приверженец этой уникальной школы Сапрыгин с печалью говорит о нынешних работниках радио, которых, по его мнению, дикторами назвать язык не поворачивается.

— Меня это не то что огорчает, меня это бесит, — признается Владимир Петрович. — Ошибки в ударениях, все скомкать в одну кучу — так сейчас говорят на радио. Это очень грустно.

Левитан первым протягивал руку
В 1982 году радиоведущего отправили повышать профессиональный уровень на Гостелерадио СССР. Его наставником стал знаменитый диктор Илья Ефимович Прудовский.

— Как-то раз мы стояли в студии, и я сказал ему, что очень бы хотел увидеть Левитана, — рассказывает Владимир Петрович. — И мой наставник вдруг говорит: «Да вот же он!» И в самом деле, в дверях стоял обладатель легендарного, самого известного голоса в нашем государстве — Юрий Борисович Левитан. Прудовский подвел меня к нему, и мы познакомились. Это был грустный интеллигентный человек, небольшого, как я, роста и в очках с очень толстыми линзами. С этого момента, когда я встречал Левитана в коридорах Гостелерадио, он всегда первым протягивал для пожатия руку.

В 1987 году Владимира Сапрыгина признали лучшим диктором новосибирского радио, в 1988-м — лучшим диктором новосибирского радио и телевидения, а в 1989-м — «лучшим голосом». А потом его постигла участь очень многих: начались «лихие» 90-е, и радиоведущего сократили, не дав доработать до пенсии всего четыре года. И тут неожиданно пригодился «горячий» заводской стаж выставщика кирпича. Сапрыгин благополучно вышел на пенсию.

— Мне почему-то часто снится, что я читаю погоду, — улыбается Владимир Петрович. — Мы это делали семь-восемь раз в день, получая свежую информацию от синоптиков. И вот во сне мне дают сигнал, загорается лампочка, а у меня листка нет, я его забыл. Я не выхожу в эфир, гаснет лампочка, и звукооператор мне говорит: «Ну что же ты?» Наверное, в душе я так и не расстался с моей любимой работой.

Комментарии